И я в одну секунду очутилась возле них.
— Ах, вот и вы, Маргарет! — воскликнула Люси. — Я только что сообщила Веде, что вы…
— Что вы сообщили Веде? — спросила я холодным, вызывающим тоном.
— Я сказала ей только, что вы хотели бы побеседовать с ней, и она…
Веда поднялась с гамака, отряхнула свое платье, сдвинула шляпу со лба и посмотрела на меня своими чудными, ясными карими глазами.
— Не пойти ли нам прогуляться в лес, Маргарет? — спросила она своим ласковым голосом. — Я с большим удовольствием прошлась бы с вами.
— Нет, я не могу идти с вами, — ответила я, вовсе не думая о том, что могу обидеть ее своим ответом. — Идите лучше с вашей Люси! Там вы можете продолжать ваш интересный разговор обо мне, там никто вам не помешает. Идите, пожалуйста, я не буду вас задерживать!
— Что вы хотите этим сказать? — спокойно обратилась ко мне Веда.
— Я прекрасно знаю, какого все вы мнения обо мне, — отвечала я, — и я вам прямо скажу, что мне это совершенно безразлично. Я ни с кем из вас не намерена дружить. И я не понимаю ни вас, ни вашу манеру держаться со мной. Что вы так удивленно смотрите на меня? Да, я знаю, что я, по-вашему, — самолюбивая и злая. Можете толковать об этом сколько вам угодно, только знайте, что мне решительно нет никакого дела до этого!
Не успела я произнести эти слова, как, разумеется, уже пожалела о своей вспыльчивости. Но я была в каком-то исступлении и не вполне сознавала, что говорила. Я с самого детства была подвержена сильным припадкам гнева, иногда по самому ничтожному поводу. Правда, в течение последних лет я в значительной степени избавилась от таких вспышек. И вот теперь снова не сдержалась…