Скоро к нам вышла и сама леди Пенроуз. Она провела нас в огромный зал, где для нас были приготовлены закуски. Мы перекусили, и Вайолет спросила, что нам хотелось бы предпринять до завтрака.
— У нас часа два времени, — сообщила она, — и мы можем распорядиться ими по своему усмотрению.
— В качестве американской гостьи, — сказала Джулия, — я хотела бы употребить это время на экскурсию по вашему чудному замку. Тут все так интересно! И ваша сторожевая башня, например, и цитадель.
— Пожалуйста, мисс Спаркс, давайте приступим к обзору наших владений, — вмешалась в разговор леди Пенроуз. — Вайолет будет очень рада показать вам все наши достопримечательности.
— Благодарю вас, миледи, — ответила Джулия, — я первый раз в жизни нахожусь в таком старинном замке, и меня интересует все, не исключая подземелья, где, наверное, стены пропитаны вековой сыростью.
— И что же вы предполагаете там увидеть, кроме следов этой исторической сырости? — полюбопытствовала леди Пенроуз.
— Возможно, скелеты или привидения… — ответила Джулия, сделав «страшные» глаза.
— Да, в самом деле, тут у нас есть легенда о некоем скелете, будто бы замурованном в стене башни, — заметила Вайолет.
— Так нельзя ли разломать стену и проверить, правдиво ли это предание? — живо предложил Джек.
И мы все вместе веселой гурьбой пустились исследовать местность. Мы взбирались на башни, спускались по темным коридорам в нижние этажи замка, ходили по крепостному валу. Мы побывали в оранжереях, в садах, где росли прекрасные фруктовые деревья и огромные кусты роз всевозможных оттенков. Мы любовались зелеными коврами лугов с куртинами [8], окаймленными бордюрами цветов, как разноцветными лентами. Как мы наслаждались всем этим! Это был один из счастливейших дней в моей жизни. Главным образом нашему веселью мы были обязаны Вайолет Пенроуз: она была такая милая, такая оживленная, что в ее присутствии трудно было не чувствовать себя счастливыми. Она с удовольствием водила нас повсюду, показала нам своих любимцев — пони, собак, птиц и кроликов. И все время она почти не отходила от меня, при каждом удобном случае охотно уединялась со мной и выражала свою внезапно возникшую симпатию. Мы с ней, между прочим, разговорились о моих занятиях дома и о том, как я вообще провожу время. Разговор коснулся и моих подруг, и она, вероятно, подметив мое отношение к приезжим девицам, вдруг схватила и крепко сжала мою руку.