Они подошли совсем близко ко мне, но вместо того чтобы окликнуть их, я только плотнее прижалась к стене. Слова Джека, обращенные к Джулии, обожгли меня, как каленым железом; я уже забыла о своем страхе. Мое сердце переполнилось таким жгучим чувством ревности, что оно заглушило во мне все другие ощущения, и я решила остаться на месте, чтобы подслушать их бессердечные рассуждения обо мне. «Когда они уйдут, я пойду за ними следом, — думала я, — а пока воспользуюсь случаем, чтобы убедиться в их предательстве».
— Слушайте, Джулия, — продолжал Джек, — я поделюсь с вами своим секретом. Раньше я никогда не дружил с девушками, поскольку Мэгги была слишком ревнива и всегда требовала, чтобы я занимался только ей.
— Да, ваша сестра ужасно ревнива, — согласилась Джулия, — это по всему заметно.
— Ну вот, а теперь она завязала дружбу с этой глупенькой Вайолет. Пускай они себе секретничают, зато нас она оставит в покое. Разумеется, неприятно, когда бедная Мэгги сходит с ума от ревности, но что же делать?
Джулия громко рассмеялась.
— А знаете, Джулия, если вы не выдадите меня, то я расскажу вам кое-что про свою сестрицу.
— Ну, говорите; разумеется, я вас не выдам.
— Надо вам сказать, что я попал в очень неприятную историю в школе. Один из моих близких товарищей совершил проступок, а всю вину свалил на меня; я же был невинен, как агнец. Но меня подставили, и мне было бы трудно выпутаться, если бы, по счастью, у меня не нашлось немного денег, чтобы откупиться и закрыть дело. Мне пришлось заплатить два соверена, представляете? Перед отъездом в школу я отдал эти деньги Мэгги на сохранение, и мне пришлось срочно их потребовать обратно.
— И вы, конечно, получили ваши деньги?
— Да, получил, хотя позже, чем следовало. Дело висело на волоске, потому что моя сестрица замешкалась с присылкой этих денег. Мне угрожало исключение из школы! Деньги, однако, подоспели вовремя. Товарищ был спасен, а я остался вне подозрений; но дело было серьезное, и я тогда дал себе слово, что больше никогда в жизни не доверюсь ни одной девчонке.