— Мы не покинем вас в беде, — утешал его Аванти. — Мы разделим с вами наказание, хотя вы один виновник.

В доказательство серьезности своих слов, он было двинулся вслед за конвоем, и все товарищи последовали его примеру, глубоко обескураженные разразившейся катастрофой. Но вождь марсиан остановил их, удержал Аванти и, указав ему на отдыхающих летунов, с тихой серьезностью дал им понять, что они должны воспользоваться этим способом передвижения. Летунов спрягли попарно цугом, на каждого переднего сел поводырь, а на спины задних приладили нечто в роде седел для жителей Земли.

Аванти колебался покинуть последнее прибежище, оставшееся ему с товарищами в чуждом мире, и сделал шаг назад к «Космополису». Старец понял его опасения и тотчас успокоил его. Он приказал своим спутникам очертить полукруг возле трапа и воткнуть в этот полукруг свои посохи после того, как сам повесил на входную дверь знамя «Космополиса» вместо замка.

Дальнейшие выражения сомнения были бы неучтивы, и Аванти обратился к своим спутникам:

— Мы должны верить им. Нам остается только повиноваться и надеяться.

Затем он сел на красноклювого летуна и, по примеру старого марсианина, ухватился за подобие поводьев — кольцо на ремне, захлестнутом вокруг длинной зеленоперой шеи. Когда все земные гости уселись позади своих проводников, им расчистили впереди место для взлета: сотни других летунов поднялись на свои короткие лапы и, не раскрывая сложенных крыльев, отковыляли в сторону. Вожак подал сигнал отрывистыми пронзительными вскриками, и двенадцать пар летунов, вскочив на когтистые лапы, распялили мощные крылья во всю ширь и распустили веером хвосты. Затем галопом пустились по песчаной равнине, все ускоряя свои упругие прыжки. Лапы их едва касались песчаной почвы и скоро совсем отделились от нее — летуны понеслись вперед, мощно и мерно взмахивая крыльями, Всадник сидел между ними в углублении, как в пуховом гнезде, защищенный от ветра. Хвост служил не только рулем, но и вращающимся с молниеносной быстротой пропеллером.

Эрколэ оглянулся назад. «Космополис» уже почти затерялся в желтых песках пустыни. Солнце стояло высоко в небе и пламенело на выпуклых стеклах ядра. Летуны следовали друг за другом, образуя огромный караван. Они летели невысоко, так что Эрколэ мог различать все происходящее на поверхности Марса. И животные и люди двигались в одном направлении. Вон и медленно шествующий транспорт с ранеными!..

Но скоро летуны перегнали всех всадников и бегунов. Эрколэ летел над голой, желтой пустыней, сверкавшей под лучами яркого, но не жгучего полуденного солнца, близкого к зениту, что свидетельствовало о том, что они находились в экваториальной зоне. Воздух однако был свеж и прохладен. Колорит неба был гуще Лазури земных небес и приближался к цвету васильковых набалдашников марсианских золотых посохов. Эрколэ ощущал радость полета, какой не испытывал ни разу на земных аэропланах. Тут он словно плыл по воздуху, бесшумно и стремительно, опьяненный ощущением несущей его живой силы, машущей крыльями и дышащей. Он несся по воздуху в колыбели из перьев.

Однообразный, пустынный ландшафт, под ним начал меняться. Из песчаного моря там и сям вставали странные громады. Это Не могли быть скалы! Среди бесформенных глыб он различал там и сям почти геометрически правильные формы, разрушенные арки, гигантские своды. Без сомнения, это были развалины колоссальных построек, одинаковой окраски с грунтом пустыни, из того же материала, как и он. Нигде ни пятна зелени. Очевидно, это были не отдельные разрушенные постройки, но остатки колоссального комплекса зданий и сооружений. Не игра природы, а следы дел рук человеческих. Жуткая дрожь пронизывала Эрколэ при мысли, что он видит руины заброшенного, разрушенного, колоссального города.

Вдруг эта удивительная пустыня с руинами пересеклась широким прямым ущельем. На дне его Эрколэ различил сверкающую, серебристую водную поверхность. Для естественной реки она была чересчур прямолинейна. Ущелье было очень широко, и вода бежала в самой глубине его. Ни судна, ни лодки, ни паруса не виднелось на ней. Глубоко врезывалась она в пустыню и терялась вдали.