— Я — «товарищ Степной», прибывший к вам для выполнения операции номер шесть.
6
Только после прибытия в лагерь десантников во главе с Кравчуком и Хохловым стало ясно, почему Москва в последней своей радиограмме уведомляла, что «о „товарище Степном“ будет сообщено в свое время».
Сразу же после приземления Звягинцев радировал в Москву, что десант в полном составе, за исключением его командира майора Рогова, приземлился благополучно в районе высоты 157,2. Майор же Рогов, видимо, погиб, не успев выброситься, так как на самолет неожиданно напал вражеский «мессер», обстрелял его и поджег.
Там, в Москве, предполагали, что если гибель Рогова подтвердится, послать для руководства операцией № 6 другого командира с той же конспиративной кличкой.
Поэтому и приказывала Москва командиру отряда Птицыну ждать дальнейших распоряжений.
— Срочно радируйте командованию, — приказал Рогов Звягинцеву, — что ваше первое радиодонесение оказалось ошибочным и что десант в полном составе приступает к операции № 6.
Птицын внимательно рассматривал человека, к которому отныне переходил весь партизанский отряд под общее командование, отодвигая его, командира Птицына, на второй план.
Энергичное, худощавое лицо советского командира, его широкий лоб с выпуклыми надбровными дугами, седеющие виски и спокойный взгляд темносерых глаз говорили о твердой воле, решительности и уме.
Самолюбивый Федор Кузьмич Птицын, ожидавший встретить молодого, горячего офицера, неопытного в трудной и сложной партизанской борьбе, был приятно разочарован.