- Ой! Что ты, ошалел, что ли, черт чумазый?!
Но Нурбаев, не отвечая на ругань, весело крикнул:
- Вставай к пулемету, давай фашистам жару!
И кинулся к лейтенанту.
- Товарищ гвардии лейтенант!! Ой, как хорошо, товарищ лейтенант!! Наши пришли!! С того берега наши самоходки бьют!
VII
Перед рассветом, в час, когда Чернов и его разведчики захватили немецкий дот, рота капитана Розикова заняла свое место на участке соседнего полка. Дождь косыми струями хлестал землю. Иногда резкий порыв ветра неожиданно подхватывал потоки дождя и кидал в лица автоматчиков холодные и жесткие капли.
Вполголоса переговариваясь и ворча на дождь, солдаты не спеша размещались в мелких одиночных окопчиках, вдоль кустов, тянущихся от болота к Варшавскому шоссе.
Над передним краем немцев, в полукилометре от рубежа, занятого автоматчиками, висели в воздухе десятки мощных осветительных ракет - «фонарей», заливая всю местность ровным призрачным светом.
Облюбовав себе окоп в двух шагах от могучей ели и положив в него санитарную сумку, Зина стояла, прислонившись плечом к мокрому стволу дерева. Глаза девушки были устремлены на ракеты, горящие над передним краем врага, и десятки тревожных мыслей роились в ее мозгу. Зина думала о Чернове и о его товарищах, которые сейчас где-то по ту сторону этих ярких огней делают свое героическое дело. Там, вокруг них, всюду враги, каждый их шаг стережет смерть.