Какая-то птица пронеслась над головой и, пискнув, унеслась вдаль.
Тараска вздрогнул. Стало совсем темно. Дорога вела куда-то вправо, а ему надо влево, к пруду. И при том дорога не широкая, а малоезжая.
Заплакать, отреветься, да разве горю этим поможешь? Тараска слышал, как отец иногда бранил мать:
— Слезами горю не поможешь. Если ты дура, так по-дурацки и будешь весь свой век делать…
Еще раз оглянулся Тараска. Нет, никто не едет. С полей кузнецы затянули мурзилку.
— Фр…р…и… Фр… р…и…и…
Где-то далеко перепелки, спрятавшись, голосисто кричали:
— Спать пора… Спать пора…
И опять тихо, тихо.
Тараска бежал, бежал без оглядки.