Тараске страшно стало за Федорыча. Лежит не дышит.
— Ишь ты. сволочи!.. — но выдержав, выругался Степан вслух.
— Да, друзья мои… — продолжал Федорыч. — Затряслись у меня ноги, дух захватило.
— Что вы, люди добрые, — кричу, — какой я вам шпеён…
— Расстрелять, и больше ничего!.. И повели меня, да винтовками в спину.
— Господи, боже мой! И не вижу сырой земли под собой…
Вдруг, глядь, на дороге Андреев Анисим, наш бывший староста?.. Небось, помните?..
— Знаем, знаем! — отозвались слушающие. — Анисим теперь куды-то провалялся. Наверно, убег с белыми…
— Здорово, Федрыч, — говорит. — Тебя что?..
— Шлеёна. — отвечают, — ведем расстреливать…