Часть войск под руководством Ганника и Каста стала отходить от Спартака, очевидно, не разделяя плана похода в Брундизий и требуя наступления непосредственно на Рим.
В результате всё более и более разраставшихся разногласий между Спартаком, с одной стороны, и Ганником — с другой, поход на Брундизий осложнился на первом же этапе. Отделившаяся от Спартака часть войск расположилась самостоятельным лагерем вблизи Луканского озера. Этим воспользовался Красс и стал теснить войска Каста и «Ганника; но на помощь подоспел Спартак и остановил бегство охваченного паникой отряда.
Красс, видя замешательство в стане рабов, торопился закончить войну до прихода Лукулла и Помпея, которым он не хотел уступать лавров победителя над Спартаком. Так как Спартак уверенно шёл в Брундизий, а отделившиеся части его не поддерживали, Красс решил в первую голову расправиться с войсками Каста и Ганника. Войска Красса подошли незамеченными к их лагерю, и хотя крассовские отряды были всё же обнаружены двумя женщинами из стана рабов, было уже слишком поздно. Сражение закончилось полным поражением Каста и Ганника: в бою пало свыше 12 тысяч рабов. Только двое, рассказывает Плутарх, были ранены в спину, т. е. во время бегства, остальные все до единого погибли в бою.
Спартак после, этого поражения временно отступил, по свидетельству Плутарха, к Петелийским горам, чтобы, собравшись с силами, решительно двинуться в Брундизий. Помощники римского главнокомандующего сочли это за слабость Спартака. Квинт, один из легатов Красса, и квестор Скрофа пытались даже преследовать Спартака по пятам, но Спартак успел перестроиться. Он повернул свои силы и двинулся прямо на римские войска. В результате натиска рабов римляне обратились в паническое бегство. Квестор Скрофа был ранен, и его едва успели унести. Спартак мог теперь свободно двигаться в Брундизий через Луканию и Апулию. Однако и в этот очень благоприятный для похода момент вновь наступили разногласия, которые роковым образом сказались на дальнейшей судьбе спартаковского похода.
Плутарх сообщает следующее об этом драматическом эпизоде: «Этот успех погубил Спартака, так как беглые рабы чрезвычайно возгордились. Они не хотели и слышать об отступлении, не повиновались начальникам и с оружием в руках заставили их идти назад через Луканию по направлению к Риму».
Диррахий — греческий порт против Брундизия.
Главным пунктом разногласия среди войска рабов продолжал являться вопрос о направлении похода. По мнению Плутарха, Спартак и начальники отрядов как будто хотели предпринять дальнейшее отступление, а рабы требовали похода на Рим. Странно, конечно, предполагать, что Спартак после своей блестящей победы над римлянами хотел отступать. Следует считать, что этот момент придуман Плутархом в целях драматизации последних, решительных для Спартака событий. У других авторов этот мотив отсутствует. Но совершенно правильно схвачен другой момент — требование рабов идти в Луканию, по направлению к Риму. Отходившие от Спартака войска всегда ведь требовали непосредственного похода, на Рим.
На этом собственно и основывались все разногласия со Спартаком, державшимся другого плана, направленного на вывод рабов из Италии.
Спартак двинулся в Луканию, но, очевидно, лишь для того, чтобы потом через Апулию направиться в Брундизий. Это, конечно, ни в какой мере не разрешало разногласий, и часть рабов снова потребовала похода на Рим.