В спальне, где все побросали свои накидки и шали, она увидела Кэтлин, которая охорашивалась перед зеркалом и покусывала губы, чтобы они порозовели. К поясу у нее были приколоты розы – в тон ее румяным щечкам, васильковые глаза лихорадочно блестели от возбуждения.
– Кэтлин, кто этот гадкий тип по фамилии Батлер? – спросила Скарлетт, безуспешно стараясь подтянуть край лифа повыше.
– Как, разве ты не знаешь? – Покосившись на дверь в соседнюю комнату, где Дилси и нянька Уилксов чесали языки, она зашептала возбужденно: – Мистер Уилкс, верно, чувствует себя ужасно, принимая его в своем доме, но получилось так, что он гостил у мистера Кеннеди в Джонсборо – что-то насчет покупки хлопка, и мистеру Кеннеди ничего не оставалось, как взять его с собой. Не мог же он уехать и бросить гостя.
– А чем он, собственно, пришелся не ко двору?
– Дорогая, его же не принимают!
– Ах, вот как!
– Конечно.
Скарлетт, никогда еще не бывавшая под одной крышей с чело-, веком, которого не принимают в обществе, промолчала, стараясь определить свое к нему отношение. Ощущение было волнующее.
– А что он такое натворил?
– Ах, у него совершенно чудовищная репутация. Его зовут Ретт Батлер, он из Чарльстона и принадлежит к одному из лучших семейств города, но никто из его близких с ним даже не разговаривает. Кэро Ретт рассказывала мне о нем прошлым летом. Он с ней не в родстве, но ей все о нем известно, как, впрочем, и всем другим. Его выгнали из Вест-Пойнта, можешь себе представить? И за такие проделки, которые просто не для ее ушей. Ну, а потом произошла эта история с девчонкой, на которой он не пожелал жениться.