То, что Фрэнк — жених Сьюлин, не вызвало у Скарлетт ни малейшего укора совести. После того как она, перешагнув через все моральные принципы, отправилась в Атланту и к Ретту, присвоение суженого сестры казалось сущей ерундой — над этим нечего было даже и раздумывать.
Сейчас в ней снова загорелась надежда, и она вся напряглась, забыв даже про свои мокрые и холодные ноги. Прищурясь, она так пристально посмотрела на Фрэнка, что ему стало не по себе. Она заметила это и быстро опустила взгляд — ей вспомнились слова Ретта: «Такие глаза, как у вас, я видел на дуэли, у своего противника… Они не зажигают восторга в сердце мужчины».
— Что с вами, мисс Скарлетт? Вы продрогли?
— Да, — с беспомощным видом призналась она. — Вы не станете возражать… — сказала она робко и замялась. — Вы не станете возражать, если я суну руку в карман вашего пальто? Так холодно, а муфта у меня насквозь промокла.
— Что вы, что вы, конечно, нет! Да у вас же нет перчаток! Ох, ну какая же я скотина — болтаю тут без умолку, а вы ведь, наверное, замерзли и только и думаете, как бы поскорее добраться до огня. Пошевеливайся, Салли! Кстати, мисс Скарлетт, я так разболтался о себе, что даже не спросил, что вы-то делаете в этой части города в такую погоду?
— Я была в штабе у янки, — ответила она, не подумав. Брови его полезли вверх от возмущения.
— Но, мисс Скарлетт! Ведь солдаты… Зачем же вы… «О матерь божья, помоги мне поудачнее соврать», — взмолилась она про себя. Нельзя, чтобы Фрэнк заподозрил, что она ездила на свидание к Ретту. Фрэнк считал Ретта мерзавцем из мерзавцев, человеком, с которым порядочной женщине даже говорить опасно.
— Я пошла туда.., пошла туда, чтобы выяснить.., не купит ли кто-нибудь из офицеров мое рукоделие для подарка домой — своей жене. Я ведь очень неплохо вышиваю.
Не веря ушам своим, пораженный и возмущенный, он выпрямился на сиденье.
— Вы ходили к янки… Но, мисс Скарлетт! Вы не должны были этого делать. Зачем.., зачем… Уж конечно, ваш батюшка понятия об этом не имеет. И уж конечно, мисс Питтипэт…