Неудивительно, что механистическая теория равновесия отрицает объективность качеств и своеобразие различных форм движения. Все виды и формы движения она сводит к перемещению. Механисты считают «вполне возможным переложить „мистический“, как Маркс его называл, язык гегелевской диалектики на язык современной механики»[482].
Известно, что механисты всю сущность материалистической диалектики сводят к теории эволюции. Наиболее откровенный из них, т. Степанов, писал: « Эволюционная точка зрения, — точка зрения развития, — составляет одну из характерных черт современной науки»[483]. Причём под «современной наукой» т. Степанов подразумевал и диалектический материализм.
Механистическая теория равновесия поэтому неразрывно связана с отрицанием механистами объективности качеств, с их возвращением к Локку в вопросе о качествах: лишь одни изучаемые механикой «первичные» качества вещей признаются ими объективно существующими. Механицизм поэтому требует сведения всех прочих качеств к изучаемым механикой, сведения всех высших форм движения к его низшим, механическим формам. Извращение механистами закона единства противоположностей влечёт за собой непонимание ими единства внутреннего и внешнего, содержания и формы, необходимости и случайности, в частности отрицание механистами случайности как особой формы проявления необходимости (см. предыдущие главы).
Теория равновесия представляет собой необходимую составную часть буржуазного мировоззрения. Она неразрывно связана с буржуазной философией — с её позитивизмом и эмпиризмом, с отрицанием ими значения теории и философии. Она является одним из китов буржуазной науки в деле «разноса» и «ниспровержения» марксизма с его диалектическим материализмом, революционной диалектикой. Теория равновесия неразрывно связана с политическими воззрениями буржуазии, стремящейся изобразить существующий капиталистический порядок как «гармоническое» сотрудничество классов, всеми силами пытающейся сохранить равновесие капиталистического общества. Механистическая теория равновесия помогает буржуазным учёным «научно» обосновать классовые цели и задачи, которые прямо и откровенно выдвигаются буржуазной социологией. В дальнейшем мы будем иметь ещё возможность показать, как теория равновесия полностью вскрывает перед нами цели и задачи современной социологии как буржуазной науки об обществе. Неудивительно, что теория равновесия пользуется большим почётом и в среде теоретиков социал-фашизма (Каутский и др.).
Богданов значительно откровеннее, чем Бухарин, противопоставлял свою теорию равновесия диалектике Маркса. Он прямо писал, что в марксистской диалектике «неизбежно связанные с её гегелевской и догегелевской терминологией „остатки“ логизма» могут быть вредны при «организационном», т. е. механистическом, анализе.
Тов. Бухарин, дословно повторяя клевету Богданова на марксизм, целиком заимствуя его теорию равновесия, однако молчит о том, что Богданов открыто называет материалистическую диалектику «вредной» (!) для теории равновесия.
Вместо того чтобы понять буржуазно-классовую, реакционную сущность теории равновесия, Бухарин пытается дать ей «марксистское», «диалектическое» обоснование, пытается примирить её с революционной диалектикой марксизма-ленинизма.
Крайне плоское понимание диалектики, выше которого никак не могут подняться механисты в своей теории равновесия, есть прямой результат влияния буржуазной идеологии. Эта прямая ревизия материалистической диалектики послужила теоретическими предпосылками правоуклонистского понимания вопросов переходного периода и мировой революции.