Подобного же типа идеалистическую линию проводят меньшевиствующие идеалисты и во всей трактовке ими общей проблемы соотношения логического и исторического в научном познании. Классики марксизма рассматривают логическое как воспроизведённое в мысли, очищенное от случайностей историческое. В «Капитале» Маркс дал блестящий образец решения этой познавательной проблемы. В движении понятий он показал исторический процесс развития капитализма, начиная от простого товарного хозяйства и кончая развёрнутым капитализмом, дал логический анализ форм обмена, начиная от случайной формы и кончая денежной формой, причём ход логического анализа Маркса лишь отражает ход очищенного от случайностей и частностей исторического развития реальных общественных отношений, выражаемых этими формами. Маркс, Энгельс, Ленин никогда не растворяли исторического процесса развития общества в логическом процессе, не отождествляли их, а всегда активно боролись против подмены исторического логическим.

Между тем в работах меньшевиствующих идеалистов, охотно ссылающихся на классиков марксизма, красной нитью проходит всепроникающий логицизм. Так для них характерно полное забвение классовой борьбы при изучении исторического развития философской мысли, стремление представить историю развития философских систем как чисто имманентный, логический процесс развития. Объяснить происхождение и сущность той или иной философской системы — для них это значит проанализировать с логической стороны содержание предшествующей философской системы и, найдя в ней сходные элементы с элементами последующей системы, представить их как причины и условия, породившие дальнейшее развитие философии. Иначе говоря, как правило, ими бралась лишь чисто логическая сторона, а конкретно-историческая основа развития философских систем совершенно игнорировалась; классовая борьба, коренная движущая сила исторического развития в классовом обществе, совершенно выпадала. В лучшем случае в качестве основной причины появления новых философских теорий Деборин выставляет «потребности общества или ступень культуры», т. е. в решении этого вопроса точно так же не идёт дальше Гегеля. «Таким образом, — пишет Деборин‚ — два момента, которыми определяется философия: потребности общества в данную эпоху или степень культуры образуют как бы базис, на котором строится философская система; тут мы имеем историческую непрерывность, которая идёт рука об руку с историческим развитием различных и многообразных интересов общества. Вторым моментом является логическая непрерывность, состоящая в том, что философские учения логически друг из друга развиваются и логически друг друга определяют»[508].

Не случайно поэтому, что разработку материалистической диалектики в наше время меньшевиствующие идеалисты пытались вести вне связи с практикой классовой борьбы и социалистического строительства, не разработав ни одной из актуальных проблем материалистической диалектики.

5.4.3. Противопоставление диалектики теории познания и извращение её революционной сущности

Меньшевиствующая — идеалистическая ревизия философии в СССР проводилась в крайне завуалированном виде, в тонких и сложных формах, являясь в основном идеалистической ревизией гегельянского типа. Но меньшевистская сущность этой ревизии, её родство с международным меньшевизмом, кроме ранее отмеченных нами моментов, нашла себе выражение также и в кантианской трактовке ряда крупнейших вопросов материалистической диалектики. В частности по этой линии ревизовался Дебориным и такой важнейший вопрос философии марксизма, как вопрос о диалектике как теории познания.

Ленин писал по этому поводу, что «диалектика и есть теория познания (Гегеля и) марксизма: вот на какую „сторону“ дела (это не „сторона“ дела, а суть дела) не обратил внимания Плеханов, не говоря уже о других марксистах»[509]. К этим другим «марксистам» мы с полным правом можем причислить в наше время меньшевиствующих идеалистов. Вопреки характеристике материалистической диалектики как теории познания марксизма, данной Лениным, Деборин и его ученики совершенно некритически следовали за Плехановым, углубляя его ошибки в этом вопросе и противопоставляя теорию познания диалектике, как якобы только «методологии». Деборин в статье «Маркс и Гегель» пишет, что «значение диалектики как методологии, противопоставляемой теории познания, сознавалось в полной мере основоположниками марксизма и наиболее крупными его представителями»[510]. Деборин утверждает, что теория познания уже не нужна, что «теория познания выполнила свою историческую задачу», отождествляя таким образом теорию познания марксизма с кантианской теорией познания. Этим Деборин превращает диалектику в некую чистую, абстрактную методологию.

Деборин не понимает того, что материалистическая диалектика и есть подлинно научная, до конца революционная теория познания марксизма, представляющая единство научного мировоззрения и метода. Ссылка Деборина на основоположников марксизма не выдерживает никакой критики. Маркс, Энгельс, Ленин в своих работах никогда не противопоставляли, да и не могли противопоставлять материалистическую диалектику теории познания. Диалектика есть наука о всеобщих законах развития природы, общества и мышления. Законы бытия и мышления тождественны по содержанию и различны по форме. Эти положения Энгельса дают ключ к пониманию ленинского указания о том, что диалектика и есть теория познания марксизма. Способы, методы познания поэтому не могут быть устанавливаемы вне конкретной, общественно-исторической практики человека, вне процесса его познавательной деятельности. Диалектика, являясь наукой о всеобщих законах объективного мира и о законах познания, есть теория познания.

Социал-фашисты противопоставляют теорию познания марксизма — диалектике. И это целиком увязывается с их игнорированием роли практики, с отрицанием ими партийности философии и пониманием марксизма как догмы, с их неокантианским «дополнением» и «исправлением» марксизма! В противопоставлении диалектики теории познания, в разрыве между ними безусловно сказались и политический меньшевизм Плеханова и недостаточно глубокое одностороннее понимание им диалектики. Меньшевиствующие идеалисты вопреки учению марксизма и прямым указаниям Ленина, несмотря на ленинскую критику Плеханова специально по этому вопросу, продолжали проводить в условиях СССР реставрированную ими ревизионистскую установку Плеханова, отрывая тем самым теорию познания от диалектики, метод от мировоззрения, теорию от практики. Отрицая за диалектикой роль теории познания, меньшевиствующие идеалисты тем самым обходят основной вопрос философии об отношении бытия и сознания и превращают диалектику в некую «чистую», не включающую в себя вопросы мировоззрения, а по существу идеалистическую методологию.

Подобные попытки противопоставлять, разрывать диалектику и теорию познания или растворять теорию познания в некоей абстрактной методологии неминуемо ведут к агностицизму и идеализму, к подрыву научного значения материалистической диалектики как единственно научной методологии и теории познания.

Материалистическая диалектика по своему существу — революционная наука, поэтому ревизионисты всех видов, стремясь подорвать действенность марксизма, притупить его революционную сущность, в первую очередь направляют своё оружие против сути, ядра материалистической диалектики — закона единства противоположностей. Одни из ревизионистов (Бернштейн и пр.) просто отвергают изучение противоречий реального мира, называя марксову диалектику гегельянщиной, другие стремятся подменить её вульгарной механистической теорией равновесия, третьи истолковывают основные законы диалектики в идеалистическом, кантианском понимании и этим путём пытаются дискредитировать законы материалистической диалектики, лишить их подлинно материалистического и научного революционного значения.