- Ты за горой, - ответил Рапаг. - Я унес тебя далеко, чтобы не нашли воины Белушезиба. Они ищут тебя - хотели, видно, живым доставить Белушезибу.
- Проклятые! - проскрежетал зубами Габбу. - Теперь мне не подняться и не вернуться на поле битвы.
- На поле битвы ты не вернешься, - согласился Рапаг, - а в дом Аблиукну вернешься. Я отнесу тебя туда на носилках. Когда заживет рана, снова будешь сильным, как прежде.
- Пусть слова твои станут истиной, - ответил тихо Габбу.
* * *
А битва продолжалась, и тысячи воинов Асархаддона сложили свои головы в этой небольшой горной долине.
- Здесь будет кладбище ассирийского войска, - сказал суровый Улусуна, рассматривая в лучах утреннего солнца поле битвы.
Ослепительно сверкали обломки колесниц, помятые и брошенные шлемы. Лежали убитые и раненые воины, носились брошенные кони, а в центре долины яростно сражались конные всадники. Их поддерживали стрелки.
Белушезиб наконец понял, что битва им проиграна. Все его попытки увести свое войско и отступить были бесполезны. Урарты так многочисленны, они так ожесточенно защищались, что даже самые испытанные воины Асархаддона оказались побежденными. Но если урарты победили, то надо сохранить и увести с собой как можно больше своего войска. Хорошо, что с ним оставалась лучшая тысяча царской конницы Асархаддона. Белушезиб оставил ее при себе, чтобы вместе с ними завершить сражение. Но если так ужасен конец этого сражения, то лучше уж спасти от урартских стрел отборных царских всадников.
Белушезиб видел, что воины Русы более многочисленны и более удачливы в этой битве. Он мог послать последнюю тысячу царской конницы, но вряд ли они вернулись бы с победой. Нет, они должны покинуть поле битвы, где успех отвернулся от них. Этот хитрый, коварный жрец Шумукин предсказывал победу. Он потрясал горячей печенью священного ягненка и клялся Асархаддону в том, что к ногам его лягут жалкие воины Русы. А все вышло совсем не так. Что же ждет теперь Белушезиба? Что скажет разгневанный Асархаддон? Он расправится со своим полководцем: он предаст его смерти, мучительной смерти. Белушезиб снова поднимается на вершину горы и осматривает зеленую долину, которая действительно превратилась в кладбище для ассирийского войска.