КЛЕОНТ. Ах, сударыня, как отрадно мне слышать эти слова и как сходятся они с моими собственными желаниями! Что может быть для меня приятнее этого приказа, что может быть для меня дороже этого благодеяния?
Явление двенадцатое
Те же и г-н Журден.
КЛЕОНТ. Господин Журден! Я решил не прибегать ни к чьему посредничеству, чтобы обратиться к вам с просьбой, которая касается давнишней моей мечты. Это слишком важная для меня просьба, и я почел за нужное сам изложить вам ее. Итак, скажу вам не обинуясь, что честь быть вашим зятем явилась бы для меня наивысшей милостью, и вот эту именно милость я и прошу вас мне оказать.
Г-н ЖУРДЕН. Прежде чем дать вам ответ, сударь, я попрошу вас сказать, дворянин вы или нет.
КЛЕОНТ. Сударь! Большинство, не задумываясь, ответило бы на этот вопрос утвердительно. Слова нынче дешевы. Люди без зазрения совести присваивают себе дворянское звание – подобный род воровства, по-видимому, вошел в обычай. Но я на этот счет, признаюсь, более щепетилен. Я полагаю, что всякий обман бросает тень на порядочного человека. Стыдиться тех, от кого тебе небо судило родиться на свет, блистать в обществе вымышленным титулом, выдавать себя не за то, что ты есть на самом деле, – это, на мой взгляд, признак душевной низости. Разумеется, мои предки занимали почетные должности, сам я с честью прослужил шесть лет в армии, и состояние мое таково, что я надеюсь занять не последнее место в свете; но, со всем тем, я не намерен присваивать себе дворянское звание, несмотря на то что многие на моем месте сочли бы себя вправе это сделать, и я вам скажу напрямик: я не дворянин.
Г-н ЖУРДЕН. Кончено, сударь: моя дочь – не для вас.
КЛЕОНТ. Как?
Г-н ЖУРДЕН. Вы – не дворянин; дочку мою вы не получите.
Г-жа ЖУРДЕН. Да при чем тут – дворянин, не дворянин? Мы-то с тобой от ребра Людовика Святого, что ли, происходим?