Ocius ergo animus quam res se perciet ulla,
Ante oculos quarum in promptu natura videtur.
{Ничто, по-видимому, не совершается столь же быстро, как то, что замышляет и приводит в исполнение ум. Итак, душа движется быстрее, чем любая другая вещь из тех, что, не скрываясь, находятся у нас пред глазами[621]…душа движется быстрее, чем… другая вещь… — Лукреций, III, 182. (лат.)}
И по этой причине, желая объединить все эти последовательные переживания в нечто цельное, мы впадаем в ошибку. Когда Тимолеон оплакивает убийство, совершенное им после возвышенного и зрелого размышления, он оплакивает не свободу, возвращенную его деянием родине, он оплакивает не тирана, нет, он оплакивает брата.[622]…Тимолеон… оплакивает брата. — Тимолеон (см. прим. 9, Гл. XXXIV) из любви к законности и свободе позволил двум друзьям убить своего родного брата Тимофана, пытавшегося стать тираном в Коринфе. Часть своего долга он выполнил, предоставим же ему выполнить и другую.
Глава XXXIX
ОБ УЕДИНЕНИИ
Оставим в стороне пространные сравнения жизни уединенной и жизни деятельной. Что же касается красиво звучащего изречения, которым прикрываются честолюбие и стяжательство, а именно: „Мы рождены не для себя, но для общества“, то пусть его твердят те, кто без стеснения пляшет со всеми другими под одну дудку. Но если у них есть хоть крупица совести, они должны будут сознаться, что за привилегиями, должностями и прочей мирской мишурой они гонятся вовсе не ради служения обществу, а скорей ради того, чтобы извлечь из общественных дел выгоду для себя. Бесчестные средства, с помощью которых многие в наши дни возвышаются, ясно говорят о том, что и цели также не стоят доброго слова. А честолюбию давайте ответим, что оно-то и прививает нам вкус к уединению, ибо чего же чуждается оно больше, чем общества, и к чему оно стремится с такой же настойчивостью, как не к тому, чтобы иметь руки свободными? Добро и зло можно творить повсюду: впрочем, если справедливы слова Бианта, что „большая часть — это всегда наихудшая“,[623]…большая часть — это всегда наихудшая… — Биант (VI в. до н. э.) — древнегреческий философ, один из «семи мудрецов». Слова Бианта, приводимые Монтенем, взяты у Диогена Лаэрция: Жизнеописание Бианта, I, 86. или также Экклезиаста, что „и в целой тысяче не найти ни одного доброго“,
Rari quippe boni: numero vix sunt totidem, quot
Thebarum portae, vel divitis ostia Nili
{Хорошие люди редки; едва ли наберется их столько же, сколько насчитывается ворот в Фивах или устьев у плодоносного Нила[624]Хорошие люди редки — их столько же, сколько… ворот в Фивах… (т. е. семь: намек на «семь мудрецов» античности). — Ювенал. Сатиры, XIII, 26–27. (лат.)}
то в этой толчее недолго и заразиться. Нужно или подражать людям порочным, или же ненавидеть их. И то и другое опасно: и походить на них, ибо их превеликое множество, и сильно ненавидеть их, ибо они на нас непохожи.