Et post equitem sedet atra cura.
{И позади всадника сидит мрачная забота[627]И позади всадника сидит мрачная мудрость. — Гораций. Оды, III, 1, 40. (лат.)}
Они преследуют нас нередко даже в монастыре, даже в убежище философии. Ни пустыни, ни пещеры в скалах, ни власяницы, ни посты не избавляют от них:
haeret lateri letalis arundo.
{В бок впилась смертоносная стрела[628]В бок впилась смертоносная стрела. — Вергилий. Энеида, IV, 73. (лат.)}
Сократу сказали о каком-то человеке, что путешествие нисколько его не исправило. „Охотно верю, — заметил на это Сократ. — Ведь он возил с собой себя самого“.
Quid terras alio calentes
Sole mutamus? patria quis exul Se quoque fugit?.
{Что нам искать земель, согреваемых иным солнцем? Кто, покинув отчизну, сможет убежать от себя?[629]Кто… сможет убежать от себя? — Гораций. Оды, II, 16, 18 сл. (лат.)}
Если не сбросить сначала со своей души бремени, которое ее угнетает, то в дорожной тряске она будет еще чувствительней. Ведь так же и с кораблем: ему легче плыть, когда груз на нем хорошо уложен и закреплен. Вы причиняете больному больше вреда, чем пользы, заставляя его менять положение; шевеля его, вы загоняете болезнь внутрь. Чем больше мы раскачиваем воткнутые в землю колья и нажимаем на них, тем глубже они уходят в почву и увязают в ней. Недостаточно поэтому уйти от людей, недостаточно переменить место, нужно уйти и от свойств толпы, укоренившихся в нас; нужно расстаться с собой и затем обрести себя заново.