Величайшее недомыслие — учить наших детей тому,

Quid moveant Pisces, animosaque signa Leonis,

Lotus et Hesperia quid Capricornus aqua,

{Каково влияние созвездия Рыб, отважного Льва иль Козерога, омываемого гесперийскими водами[425]Каково влияние созвездия Рыб… — Проперций, IV, 1, 85–86. (лат).}

или науке о звездах и движении восьмой сферы раньше, чем науке об их собственных душевных движениях:

Τι Πλειαδεσσι καμοι

Τι δεαστρασι Βοωτεω

{Что мне до Плеяд и до Волопаса?[426]Что мне до Плеяд… — Анакреонт. Оды, 17. (греч.).}

Анаксимен[427]Анаксимен (VI в. до н. э.) — древнегреческий философ, стихийный материалист. Ученик Анаксимандра. писал Пифагору: «Могу ли я увлекаться тайнами звезд, когда у меня вечно пред глазами смерть или рабство?» (Ибо это было в то время, когда цари Персии готовились идти походом на его родину). Каждый должен сказать себе: «Будучи одержим честолюбием, жадностью, безрассудством, суевериями и чувствуя, что меня раздирает множество других вражеских сил, угрожающих моей жизни, буду ли я задумываться над круговращением небесных сфер?»

После того как юноше разъяснят, что же собственно ему нужно, чтобы сделаться лучше и разумнее, следует ознакомить его с основами логики, физики, геометрии и риторики; и какую бы из этих наук он ни выбрал, — раз его ум к этому времени будет уже развит, — он быстро достигнет в ней успехов. Преподавать ему должно то путем собеседования, то с помощью книг; иной раз наставник просто укажет ему подходящего для этой цели автора, а иной раз он изложит содержание и сущность книги в совершенно разжеванном виде. А если сам воспитатель не настолько сведущ в книгах, чтобы отыскивать в них подходящие для его целей места, то можно дать ему в помощь какого-нибудь ученого человека, который каждый раз будет снабжать его тем, что требуется, а наставник потом уже сам укажет и предложит их своему питомцу. Можно ли сомневаться, что подобное обучение много приятнее и естественнее, чем преподавание по способу Газы?[428]Феодор Газа (1400–1478), родом грек — автор распространенной в XVI в. грамматики греческого языка. Там — докучные и трудные правила, слова, пустые и как бы бесплотные; ничто не влечет вас к себе, ничто не будит ума. Здесь же наша душа не останется без прибытка, здесь найдется, чем и где поживиться. Плоды здесь несравненно более крупные и созревают они быстрее.