Balteus en gemmis, en illita porticus auro;
{Вот капитель колонны, сверкающая драгоценными камнями, вот портик, сверкающий золотом[369]…вот портик, сверкающий золотом. — Кальпурний. Эклоги, VII, 47. (лат.).}
и со всех сторон этого огромного пустого пространства заполняющие и окружающие его снизу доверху не то шестьдесят, не то восемьдесят рядов сидений, тоже из мрамора, покрытых подушками,
exeat, inquit,
Si pudor est, et de pulvino surgat equestri,
Culus res legi non sufficit;
{Пусть тот, — сказал он, — кому это не полагается, встанет со всаднической подушки, и, если не потерял совести, освободит ее[370]Пусть тот… кому это не полагается, встанет со всаднической подушки… — Ювенал,1И, 153–155. (лат.).}
где могло разместиться со всеми удобствами сто тысяч человек, видеть, как сначала при помощи искусных приспособлений расступается самое дно амфитеатра, — где и даются игры, — и на нем образуются глубокие трещины и расщелины, изображающие пещеры, откуда появлялись дикие звери, назначенные к участию в представлении; как затем это же место заливают водой и оно превращается в глубокое море, которое бороздят бесчисленные морские чудовища, по которому плавают и вступают в сражения боевые суда; как после этого оттуда спускают воду, арена выравнивается и снова осушается для сражения гладиаторов и как напоследок ее вместо песка посыпают киноварью в росным ладаном, чтобы устроить на ней торжественное пиршество для этого бесконечного сонма людей; и это четвертая и последняя перемена в течение одного дня;[371]…это четвертая и последняя перемена… — Источник Монтеня: Юст Липсий. Об амфитеатре, 10.
quoties nos descendentis arenae
Vidimus in partes, ruptaque voragine terrae