Бросились голуби в погоню за голубкой и поймали ее.
А там, далеко, Манжалеу чувствовал себя что-то все хуже и хуже. Он сильно ослаб и так как прекрасно понимал, в чем тут дело, то уже поднял саблю, чтобы отрубить королеве голову. Но не успел: как раз в это мгновение муж королевы разбил голубиное яйцо и задул свечку. Рука Манжалеу бессильно упала, и глаза его закрылись навсегда.
Теперь королевство Кастилия было свободно, страшное чудище уж больше ему не угрожало. Молодой муж увел королеву во дворец, где король встретил их со слезами на глазах. И, чтобы отметить такое важное событие, был издан указ, что теперь целую неделю будет праздник. Тут и сказке конец.
Эмилия сморщила нос:
— Эти «фольклорные» истории, в общем, довольно глупы!
— Святая дева! — воскликнула дона Бента. — Вы только посмотрите, какой важной стала наша Эмилия! Разговаривает прямо как доктор наук.
— Это вы сами виноваты, — сказала Эмилия, — это вы нас всем этим наукам учите. Я, например, чувствую, что слишком развита для своего возраста. Снаружи-то я, может, и чумичка, но внутри — философ. Я бы хотела встретиться с Сократом или каким-нибудь другим древним мудрецом. Уж я бы с ними поговорила!..
— А мне понравилась сказка, — сказал Педринью: — она очень хорошо показывает образ мыслей нашего народа. Надо знать эти сказки, по ним можно изучать народный образ мыслей.
Дона Бейта повернулась к тетушке Настасии:
— Слышите, Настасия, как мой народец рассуждает? Совсем как взрослые, образованные люди. Тут тебе и «фольклорные истории», и «образ мыслей народа»... Кажется, наш дом скоро превратится в университет.