— Я думал, что она тоже еврейка.
— Она? Ничего подобного. Она дама-патронесса всех благотворительных учреждений квартала Магдалины. Она даже венчалась в церкви. Не знаю только, крестился ли патрон для проформы, или же духовенство посмотрело на это сквозь пальцы.
— Так… стало быть… она в меня… влюблена? — пробормотал Жорж.
— Окончательно и бесповоротно. Если б ты был свободен, я бы тебе посоветовала просить руки… Сюзанны, — ведь правда, она лучше Розы?
— Да и мамаша еще в соку! — сказал он, покручивая усы.
Мадлена рассердилась:
— Насчет мамаши, дорогой мой, могу сказать тебе одно: сделай одолжение. Мне это не страшно. Она вышла из того возраста, когда совершают свой первый грех. Надо было раньше думать.
«Неужели я и впрямь мог бы жениться на Сюзанне!..» — говорил себе Жорж.
Затем он пожал плечами:
«А, вздор!.. Разве отец когда-нибудь согласится выдать ее за меня!»