— Вальтерам безумно везет, — говорила Клотильда. — Вот что значит быть оборотистым дельцом.
— Что ж! Сильные люди, так или иначе, всегда добиваются своего, — заметил Жорж.
— За каждой дочкой миллионов двадцать — тридцать приданого, — продолжала она. — А Сюзанна к тому же еще хорошенькая.
Он промолчал. Его собственная мысль, высказанная другим человеком, раздражала его.
Она еще не видела «Иисуса, шествующего по водам». Он предложил проводить ее туда. Дорогой они судачили, высмеивали незнакомых лиц. Мимо них прошел Сен-Потен с уймой орденов на лацкане фрака, — это их очень насмешило. Даже бывший посланник, который шел следом за ним, не так густо увешан был орденами, как этот репортер.
— Винегрет, а не общество! — заметил Дю Руа.
У Буаренара, подошедшего к ним поздороваться, тоже красовалась в петлице та самая желто-зеленая ленточка, которую он надевал в день дуэли.
В маленьком будуаре беседовала с каким-то герцогом расфранченная толстуха виконтесса де Персмюр.
— Объяснение в любви, — прошептал Жорж.
А в оранжерее сидели рядом его жена и Ларош-Матье, — за растениями их почти не было видно. На их лицах было написано: «Мы назначили друг другу свидание здесь, у всех на глазах. Пусть говорят про нас что угодно, нам наплевать».