На четырнадцатом журналист промахнулся.
— Опять тринадцать, черт бы его побрал! — проворчал он. — Проклятое число! Вечно оно приносит мне несчастье. И умру-то я, наверно, тринадцатого.
Один из сотрудников, кончив работу, вынул из шкафа свое бильбоке; ему было тридцать пять лет, но крошечный рост делал его похожим на ребенка. Потом вошли еще журналисты, и каждый из них взял по игрушке. Вскоре играло уже шестеро: они стояли рядом, спиной к стене, и одинаковым мерным движением подбрасывали шары, красные, желтые или черные — в зависимости от породы дерева. Как только игра перешла в состязание, два сотрудника, прервав работу, предложили свои услуги в качестве судей.
Форестье выбил на одиннадцать очков больше других. Человечек, похожий на ребенка, проиграл; он позвонил рассыльному и, когда тот явился, сказал ему:
— Девять кружек пива.
В ожидании прохладительного все опять принялись за игру.
Дюруа, выпив со своими новыми сослуживцами пива, спросил Форестье:
— Что я должен делать?
— Сегодня ты свободен, — ответил тот. — Если хочешь, можешь идти.
— А наша… наша статья… пойдет сегодня вечером?