— Брошку? Как это? — в недоумении спросила она.
— Из камней того же цвета: если это мак, то из рубинов, если василек — из сапфиров с маленьким листочком из изумрудов.
Лицо Аннеты озарилось той благодарной радостью, какою оживляют женские лица обещания и подарки — Василек, — сказала она. — Это такой милый цветочек!
— Василек так василек! Вернемся в Париж, пойдем и закажем.
Больше она не отходила от них, привлеченная к нему мыслью о драгоценности, которую уже старалась вообразить, представить себе.
— А много времени надо, чтобы сделать такую вещь? — спросила она.
Он засмеялся, понимая, что она попалась на удочку.
— Не знаю; все зависит от того, насколько сложная это работа. Мы поторопим ювелира.
Внезапно ее поразила прискорбная мысль:
— Но я не смогу ее носить: ведь я же в глубоком трауре!