И, потрясая длинными седыми волосами, повторял:
– В них нет человечности; они ничего, ничего, ничего не понимают. Они действуют в роковом ослеплении; они враждебны природе.
И он выкрикивал: «Враждебны природе!» – словно бросал проклятия.
Священник ясно чувствовал в нем врага, но, желая сохранить за собой власть над замком и молодой женщиной, медлил, тем более что был уверен в конечной победе.
Кроме того, его преследовала неотвязная мысль: он случайно открыл любовь Жюльена и Жильберты и хотел положить ей конец какой угодно ценой.
Однажды он пришел к Жанне и после долгой мистической беседы попросил ее объединиться с ним, чтобы побороть и убить зло в ее собственной семье ради спасения двух душ, которым грозит опасность.
Она не поняла и попросила объяснения. Он ответил:
– Время еще не наступило, но я скоро приду к вам.
И порывисто ушел.
Зима в то время подходила к концу: это была гнилая зима, как говорят в деревне, – сырая и теплая.