— Теперь ты обойди гостей, найди, угости своего суженого и сядь к нему на колени.
Наконец настал черед обходить гостей Марпиде-царевне. Подал ей царь кубок вина, наставил, как прежде её сестёр. Стала Марпида-царевна обходить ряды гостей, а платок-то её немного — самый уголок — высунулся из-за пазухи Седуна. Глянула на суженого Марпида, так сердце у неё и упало. Прошла она мимо Седуна, будто ничего и не заметила, и ни с чем вернулась к отцу.
— Не сыскала я, батюшка, платка, — говорит.
— Обойди в другой раз, — отвечает царь. — Всё равно где-нибудь свой платок увидишь. Здесь он должен быть, в стороне людей не осталось!
Царевна опять обошла всех и мимо Седуна прошла, только опять будто и не заметила платка, хотя он теперь наполовину высунулся. Принесла она кубок вина, поставила на стол.
— Не нашла, — говорит, — батюшка, платка. Даже и знать не знаю, где бы он мог быть… Нахмурился царь.
— Так и не сыскала? — опрашивает. — Или плох на вид жених, стыдишься, должно? Пойди да гляди лучше.
На этот раз не стала царевна обходить гостей, пошла прямо к Седуну, угостила вином, вытерла ему платком под носом и села рядом. Увидели это люди, что рядом-то села, хихикать стали.
— Нашла? — спросил царь, услышав смешки.
— Нашла, батюшка, — проговорила Марпида-царевна, а сама и голову от стыда не поднимает. Тут увидел царь её суженого, огорчился.