- Ой, мамушка, мамушка родная! Сыре-Варда надевает моё платье, в мои наряды наряжается, моим платочком покрывается!
Послышался тут голос матери:
- Сейчас, сейчас, дочка! Бегу тебя выручать! Беру я тяжёлую палку, буду бить Сыре-Варду.
Это отозвались с груди девушки слёзы материнские.
Испугалась Сыре-Варда, бросила скорее девушкину одежду, надела свои старые лохмотья, обулась в свои лапти.
Оделась и девушка в свои наряды и пошла дальше. А Сыре-Варда от неё не отстаёт, по пятам идёт.
- Ой, - говорит, - какая сердитая твоя мать! Только зря она сердилась: я ведь с тобой пошутила! И как это она твой голос услышала?
- Это слёзы её с моей груди отозвались, - говорит девушка.
Промолчала Сыре-Варда, ничего не сказала.
Долго ли, коротко ли они шли - дорога снова привела их к реке. Берега у речки зелёные, вода в речке студёная, а день стоит жаркий, знойный, солнце так и припекает.