— Машурочка моя! Голубушка!.. Государь мой! Спаситель! Милостивец!
— Поздравляю! — обнимал своего друга Милашевич. — Ты герой!
Толстяк не скоро пришел в себя. Он порывисто обнимал жену и ее спасителя.
— Государь мой! Кому я обязан спасением моего сокровища? — бормотал он. — Кого я должен благодарить, за кого молиться?
— Имею честь рекомендоваться: майор прусской службы, барон фон Вульф, а это мой друг корнет Милашевич, — отвечал блондин.
— Очень рад, очень рад! Службы ее императорского величества генерал-майор Ляпунов, Ляпунов-с… сочту за честь… жена моя, Мария Дмитриевна-с… Ах ты ласточка моя!.. Да как ты туда угодила? Я и опомниться не могу… вдруг слышу, крик… Ах ты, Господи!.. Ах вы, благодетели мои!
— У меня до сих пор руки и ноги дрожат, — сказала молодая генеральша, — я сяду.
— Садись, садись, Маша! Ишь бедная!.. И как это тебя угораздило?
— В самом деле, сударыня, — вежливо обратился к ней фон Вульф, — расскажите, как вы там очутились?
— Стыдно и признаться, — отвечала молодая женщина, краснея, — просто по глупости, по капризу… В Крыму я первый раз теперь: к мужу вот из Москвы приехала.