— Что же вы спите!? Весь город готов, все рабочие ждут, белые войска при первом выстреле сдадутся! Ночью выступление, а вы и дойти не успеете!
Зелимхан забегался: «Собираться!» Зовет Узленко:
— Скорей приводи группы с Кубани!
— Хватился. Когда же я их приведу? Завтра, послезавтра? Куда же вести их?
— Найдешь. Чего разговариваешь? Торопись, старина, пора дисциплинку знать, — и расквасил рот на бок: ах, как он устал, как устал…
Ушел Узленко, спешит, хочет выручить группы из беды.
В мешке.
Выступила пятая. Тарасов в военном деле разбирается, и ад’ютант его, Горчаков, не простак. Переглянулись, перебросились словами: приказ весь город знает. Тоннельная — за горами. Тарасов отдает другой и уже не письменный, а устный приказ на ухо от командира к командиру:
— Двигаться не на Тоннельную, а на Абрау, Глебовку, Васильевку, Борисовку.
Зелимхан выкатился: