Я покажу здесь несколько таких следов. Наблюдая небо 30 сентября 395 года, т.е. за 170 лет до «Даниила», автор Апокалипсиса в VI главе отметил на нем четыре созвездия, каждое из которых знаменует одно из четырех времен года: Телец — лето, Лев — осень, Центавр-Стрелец, с лицом как у человека, — зиму и Крылатый конь Пегас, подобный летящему орлу, — весну.

А автор Дани-Ила, после чтения этого натур-символического места, видит уже «во сне» нечто несуразное:

«Четверо огромных животных вышли из моря, — говорит он. — Первый зверь был как Лев, и к нему поднимались орлиные крылья, но отделены были от него эти крылья, и сам Лев был вознесен от земли и поставлен на ноги, как человек, и дано было ему человеческое сердце» (Дан. 7 , 3 — 4). «И вот явился другой зверь, похожий на Медведя, он встал, прислонясь к первому, и были у него три клыка во рту между зубами. И пришел еще третий зверь, как барс, на спине у него четыре птичьих крыла и четыре головы, и дана ему власть. А зверь четвертый был страшный, могучий и сильный. У него большие железные зубы, которыми он дробит и пожирает, а остатки раздробленного попирает ногами» ( 7 , 5 — 8).

Здесь, как мы видим, пропала уже вся художественная натур-символистика Иоанна, и заменилась чем-то чисто кошмарным. Откуда произошло все это?

Из того же Апокалипсиса, только из различных его глав. Там в главе XIII говорится:

«Я встал на морском песке и увидел (в образе грозовой тучи) зверя, выходящего из-за моря, с семью головами и десятью рогами. Он был похож на барса, его ноги были как у медведя, а голова как у льва. И дал ему Дракон свою силу и великую власть» ( 13 , 13).

Этот именно зверь, символизировавший в Апокалипсисе Римскую империю конца IV века, и разделился у «Даниила» на два, а к ним прибавился и четвертый зверь, уже от собственного воображения автора, пополнив таким образом каббалистическое число — четыре.

А вот и еще пример.

В Апокалипсисе было сказано о появлении среди туч солнечного лика, как символа сходящего на землю «Великого царя» — Иисуса.

«Его волосы были белы, как белый пух, как снег; его глаза, как огненное пламя (Ап. 1 , 15). «Вот он идет на облаках и увидит его всякий глаз и зарыдают над ним все племена земные» (Ап. 1 , 7).