Мы видим далее, что «Солдатский Сапог» (Калигула), провозгласивший в конце жизни себя богом, аналогичен Юлиану, великому полководцу и философу, которого христиане называют отступником от своей религии, а в Библии ему соответствует богоборческий царь Ила, имя которого тоже значит бог и однозвучно с Юлианом.
Вслед за ним налево следует Клавдий со своей распутной женой Мессалиной, а его двойником направо является Валентиниан, о жене которого мне ничего неизвестно, но если мы обратимся к Евангелию, то увидим, что около этого времени Иоанн, креститель Иисуса, обличал царя Ирода (Валента) за то, что он отбил жену своего брата (Валентиниана), конечно, не без ее согласия.
И вот мы переходим, наконец, во Второй империи, к самому враждебному христианам царю Нерону (Черному), а в Третьей империи находим его двойника Валента (363 — 378 гг.), о котором церковные историки говорят как о жестоком гонителе христиан. И именно в его царствование понтийский эпарх осуждает на смерть основателя христианского богослужения Василия Великого, а по вычисленному нами времени неудачной попытки столбования евангельского Христа, оно и приходится на царствование Валента (21 марта 368 г.), при чем евангельский «Христос» оказывается лишь мифически гигантским отражением вышеупомянутого Василия Великого (т.е. по-русски: «Великого царя»). В библейской истории мы видим даже и тройника для Валента-Нерона в виде грешнейшего из всех царей Ахава с его распутной женой «Изабеллой», а тройником Иисуса-Василия является в Библии вознесшийся живым на небо величайший пророк Илия.
Я не буду продолжать далее этого детального качественного сравнения правой части моей диаграммы с левой и укажу только, что на границе между царствованием Феодосия Великого, отразившегося в императоре Тите Домициане, и воцарением Аркадия (он же Траян Второй империи) приходится страшное землетрясение, разрушившее Геркуланум и Помпею, и оно же, с этой точки зрения дало повод к некоторым местам Апокалипсиса, написанного 30 сентября 395 г., где художественно описывается страшное землетрясение, «разрушившее языческие города». Читатель видит сам, как, с нашей точки зрения, все, казавшееся беспорядочно разбросанным по векам истории, приходит в стройный логический порядок вплоть до введения в обиход Каракаллой (который отожествляется у нас с Теодорихом Готским), галльской, т.е. французской одежды и дарования всему свободному «варварскому» населению права римского гражданства.
Но как же, — скажут мне, — возникла история Второй, не существовавшей, империи? Отчасти, — отвечу я, — под влиянием православной теологии, которой понадобилось, по дипломатическим соображениям, отодвинуть рождение Иисуса на 333 года назад, чтобы оторвать легенды о Христе от сказаний о жизни Василия Великого, после того, как Христос был призван уже не сыном человеческим, а сыном самого бога-Громовержца. Отчасти же это могло быть и по недоразумению: была найдена греческая рукопись, по которой Сократ-Схоластик, пли его предшественник, составил свою церковную историю, начиная с Константина I, и была найдена другая, может-быть латинская, рукопись о том же самом предмете, по которой Евсевий Памфил или его предшественник сочинил свою историю Второю царства, связав ее и с апокрифированным христианством.
Здесь не мое дело разбираться, кто в чем был виноват, но факт налицо: Вторая латино-эллино-сирийско-египетская империя списана с Третьей.
Что же касается до возникновения мифа о Первой империи, начиная с Ромула и Рема и кончая Тарквинием, то он появился, несомненно из еврейско-арабских вариантов истории той же Третьей империи, так как имена всех царей, начиная с Ромула и Рема, тут еврейско-арабского корня, да и самое имя Рим (Roma) — еврейское и происходит от корня РАМ (иначе РОМ) — возвышаться и от РАМ, РИМ и РАИМ — носорог.
Обо всем этим я подробно поговорю в одном из следующих томов.