Отнеся это к эре Диоклетиана, получаем 534 — 538 годы. Но о жизни их нет подробностей.
2) Мая 24 «память св. Серапиона Египтянина, принявшего с полководцем Мелетием и с 1280 воинами венец мученичества в царство Антониново».
Считая Антонина Пия и Антонина Марка-Аврелия списанными с Валентиниана III и с его опекуна Аэция, мы приходим к периоду 423 — 455 гг. Да и допуская, что указанное для него время (138 — 180 гг.) дано по эре Диоклетиана, мы получаем тот же промежуток времени 424 — 466 гг. Здесь мы имеем новое доказательство, что Антонин Пий и Антонин Марк — Аврелий представляют собою именно Валентиниана III и Аэция, время которых было помечено сначала по эре Диоклетиана, а эта эра смешана потом с нашей современной.
Значит, гибель 1280 воинов, восставших за веру под предводительством стратега Мелетия (по-гречески Заботливого), является, повидимому, историческим фактом между 424 — 466 годами нашей эры. Вполне возможно существование в это время некоего Серапиона. Это был как раз период библейских пророчеств и христианских смут.
3) Июля 13 «память Серапиона, сожженного огнем в царствование Севера».
Это дает, по старой хронологии, 193 — 211 годы. Считая, что тут хронология дана по эре Диоклетиана, приходим к промежутку 479 — 494 гг., т.е. к царствованию Рецимера, что опять подтверждает мою теорию, что Септимий Север есть отводок от Рецимера, возникший благодаря тому, что первичная эра Диоклетиана, по которой он был отнесен к 193 — 212 гг., была смешана с нашей современной эрой.
4) Под датами 7 апреля, 18 августа и 13 сентября упоминаются только имена Серапионов, пострадавших вместе с другими, без подробностей и без обозначения времени, и, наконец,
5) мая 14 мы находим единственного Серапиона, удостоенного специальной биографии, но и она касается лишь конца его жизни.
«Был в Египте старец, у которого не было никакой одежды, кроме синдона. Это был монах от юности, без келий и пристанища, который все время ходил с места на место, ночуя, где заставала его ночь. Однажды, увидев совсем голого нищего, дрожащего от холода, он отдал ему и синдон, а сам голый сел, держа под мышкой единственную вещь свою — Евангелие. — Кто тебя обнажил? — спросил его прохожий. Он показал на Евангелие и сказал: — Оно. Встретив затем человека, ведомого за долги в тюрьму, он продал и Евангелие и вырученными деньгами заплатил его долги. Когда он возвратился домой без синдона и без Евангелия, кто-то дал ему старый дырявый синдон, и он пошел в нем в Афины, где три дня никто ему ничего не давал. Он встал на возвышенное место и стал просить о помощи. К нему подошли философы и спрашивали, что с ним. — Мое чревное неистовство просит обычного пищевого долга ему, — ответил он. Философы дали ему золотую монету. Он отдал ее всю за один хлеб и пришел в Македонию, где продал себя в рабы одному манихеянину. Он отвратил его от ереси со всем его домом и, выкупившись этим добрым делом, снова пошел бродить. Увидев корабль, идущий из Александрии в Рим, он сел на него и поехал. Увидев, что он уже пятый день не ест, моряки, думавшие сначала, что у него морская болезнь, наконец, спросили его: — Почему ты не ешь? — Потому, что ничего нет, — ответил он. Тут они заметили, что он еще не заплатил им за проезд и что ему даже нечем заплатить. Они стали упрекать его, а он сказал: — Так отвезите меня назад. И вот, им ничего не осталось делать, как кормить его вплоть до прихода в Рим, где он и начал обходить всех добродетельных людей».
Тут все о Серапионах. Имя это, как мы видели, происходит от сокращения Озирис-Апис, и в биографии этого последнего тоже нет ничего реального. Идеология здесь чисто монашеская: возвеличение праздной жизни на чужой счет после раздачи всего своего имущества, вплоть до рубашки и даже самого Евангелия, учащего это делать. Дальше этого идти нельзя!