«Так как божественный закон, ослабленный плотью людей, был бессилен, — говорит он, — то бог послал своего сына в подобии грешной плоти и осудил его плоть, чтобы оправдание закона исполнилось на пас, живущих не по плоти, а по духу» ( 8, 3).. «Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни ангелы, ни начала, ни силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина и никакая другая тварь не может отлучить нас от любви божией в Христе Иисусе» (8, 39).
Читатель видит, что это уже средневековое духовное красноречие. А вот и отношение автора к земным властям, никак не показывающее на период гонений, а скорее на торжество христианства в средние века:
«Нет власти не от бога, а потому противящийся земной власти противится божьему установлению, ибо начальствующие страшны не для добрых дел, а для злых. Хочешь не бояться власти? Так делай добро, и ты получишь от нее только похвалу! Начальник есть божий слуга на добро тебе, он не напрасно носит меч: он отмстителъ делающему злое. Поэтому надобно ему повиноваться не только из страха наказания, но и по совести. Для того вы и подати им платите, ибо они служители бога, постоянно занятые этим делом. Отдайте же всякому должное, кому подать — подать; кому оброк — оброк; кому страх — страх, кому честь — честь» ( 13 , 1 — 7).
Понятно, что так мог писать только служитель теократического государства, а никак не представитель гонимой и преследуемой властями церкви!
Отчего автор, постоянно ссылаясь на Библию, нигде не ссылается на Евангелия? Потому ли, что их еще не было или по сознательному нежеланию ?
Возможно, что верно последнее предположение, так как автор и себя называет «евангелистом» и, заканчивая XV главу, говорит:
«Слава могущему утвердить вас по моему Евангелию и по моей, проповеди Иисуса Христа и по „Апокалипсису тайны“ (созвездий) , о которой было умолчано от века и которая теперь возвещена всем народам для покорения их вере. Слава единому премудрому богу через Иисуса Христа, слава во-веки! Аминь» ( 14 , 24 — 26).
Но несмотря на этот аминь, автор приписывает еще две главы, последняя из которых вся заключает только приветы разным лицам в Риме. Не приписаны ли они уже впоследствии Терцием, который и подписал все послание?
Как бы то ни было, но послание это является средневековым по всем приведенным мною цитатам.
Я думаю, что автор знал уже Евангелия, но считал ниже своего достоинства ссылаться на них для подтверждения своих мнений, так как это были современные ему произведения, а авторитетными могли в то время быть лишь произведения древних авторов. Ведь и Лука с Матвеем, постоянно ссылаясь на библейских пророков, нигде не указывают на Марка, хотя и явно переписали из него почти всю средину буквально.