– Свершилось!
И тут произошли грохот и звуки, и громовые стрелы[111], и большой четвёртый удар землетрясения, какого ещё не было с тех пор, как появились люди на этой Земле. Такой удар! Такой большой! И Великая Твердыня (прибрежный утёс) расселась на три части, и свалились поселения народов. И были этим вспомянуты перед богом великие «Врата господни»[112] (господствующая церковь), чтобы дал он им пить чашу возмущения и гнева своего.
И весь остров[113], казалось, бросился бежать (обычная иллюзия от отхлынувшей от берега воды по причине колебания дна) и прибрежных высот не стало более. И град камней до полутора пудов весом[114] посыпался с поднебесной высоты на людей (собравшихся у прибрежья?) И ругали люди бога за пораненья от этого града, потому что боль от них очень тяжкая.
Рис. 49. Облачные жабы.
Глава XVII
Облачный силуэт женщины с чашей на багряном фоне догорающей вечерней зари
И снова выступил на небе один из семи облачных вестников, имевших ранее семь чаш. И стал внушать[115] мне:
– Пойдём, я покажу тебе приговор над великой самопродажницей (государственной церковью)[116], сидящей на множестве волн-народов. Её покупали цари земные, и напоены обитатели Земли вином её безнравственности.