Петька молча смотрел на седоватого и высокого. Потом спросил, слегка запинаясь от волнения:
— Когда товарищ Сталин по радио речь советскому народу говорил, какие в той речи последние слова были?
Лица людей в красноармейских шинелях дрогнули. Они молчали.
Петька в волнении сжал худенькие свои руки.
— Вот... Какие же вы можете быть наши, советские, если от такого вопроса вас дрожь взяла?
— Правильно, товарищ! — Шукур положил руку на голову Петьки. — Да и слова — беспамятный, и тот запомнит: «Все силы народа — на разгром врага! Вперед, за нашу победу!»
Опять шевельнулись винтовки. Менгден переводила глаза с Шукура на высокого. Высокий внезапно вобрал голову в плечи и ринулся на Шукура. Радистка за спиною текинца быстрым движением выбросила руку к кобуре револьвера на его поясе. Но встретила... ладонь Колдунова. Колдунов сжал ее руку.
— С приездом, барышня.
Она оглянулась вокруг. Нет, никто не бросился за высоким. Ему уже крутили назад руки. Менгден поняла. Колдунов выпустил руку. Девушка зажала ладонями глаза и опустилась на землю.
Шукур обернулся.