- Увольте… и так школьники целое утро водили повсюду, - взмолился Андрей Иваныч.
После обеда Татьяна Родионовна созвала колхозников на собрание.
Женщины разместились перед правлением на бревнах, в тени тополей и раскидистых ив.
Здесь же были мальчишки - без них в Стожарах не обходилось ни одно собрание.
Петька Девяткин, не обращая внимания на недоброжелательные взгляды колхозниц, закурил козью ножку величиной с пастуший рожок.
- Брось цигарку, брось! - вдруг испуганно зашептал Тимка. - Учитель идет.
Девяткин невозмутимо выпустил дым через ноздри:
- Мы ему не подначальные…
- Кому сказано! - Санька вырвал цигарку и затоптал ее ногой.
Андрей Иваныч подошел к бревнам и - наверное, впервые с того дня, как ушел на фронт, - не козырнул, а приподнял пилотку над головой и поклонился. Колхозницы потеснились и освободили ему место на бревнах.