- Андрею Иванычу можно сказать. Ему все можно.
Глава 30
В НОЧНОЙ ЧАС
Санька лежал в сенях. Боль понемногу утихала. Только когда он поворачивался или сильно вздыхал, в левом боку поднималась острая, колющая резь, отчего трудно становилось дышать.
Осторожно ступали через сени мать, Феня, Никитка. За бревенчатой стенкой сеней шептались мальчишки. Сквозь щели Санька не раз ловил их любопытные взгляды.
Потом на крыльце мать долго разговаривала с ребятами. О чем, Санька толком разобрать не мог, но по отдельным словам догадался, что речь шла о нем. И от этого было неловко и беспокойно.
«Подумаешь, прославился!.. Быку на рога попал», - досадовал он на себя. Хотелось задремать. Но голова была свежа, сон не шел. В памяти оживали все события последних дней: игра в лапту, помятая пшеница, собрание, слова матери: «Осрамил он нас, Коншаковых».
- А это правда, что вся пшеница у вас на участке погибла? - услышал Санька голос Тимки. - И помочь ничем нельзя? А? Маша?
- Как ей поможешь, если она помята… - ответила Маша.
- Тетя Катя, а вы какого-нибудь такого лекарства не знаете? - допытывался Тимка. - Только бы в колхозе зла на Саньку не имели.