Санька срезал длинную, как удочка, палку и расщепил ее на конце. Затем погрузил палку в прозрачную воду, захватив в расщеп стебель лилии, повел в сторону, подсек, и белый цветок, как плотица, упал на траву. Затем второй, третий… За лилиями пошли кувшинки. Маша едва успевала собирать цветы.
- Хватит, хватит! Куда столько! Мне и не донести! - закричала Маша.
Наконец, изловчившись, Санька сорвал последнюю кувшинку.
- И жадный ты, Санька! Всегда тебе много надо, - пожурила Маша, пряча лицо во влажные, холодящие кожу цветы с дивным запахом свежей воды.
Санька подошел к Феде и вполголоса спросил:
- Как у тебя там насчет русского языка?
- Занимаюсь… Вот только на суффиксах задержался немного.
- Если что нужно, ты спрашивай, без стеснения. Чего помню, подскажу.
Наверху обрыва показался Никитка. По сыпучему песку, как по снежной горке, он скатился к воде.
- Саня, на нашу избу пчелы сели! Целый рой! - сообщил он с таким видом, словно рой по меньшей мере уже сидел в улье.