- Погоди, погоди! - перебил ее Санька. - Получается, выставила ты Девяткину? От ворот поворот показала? А я-то гадаю - чего она весь порог наш оплевала!
- В шею, конечно, не выталкивала. Но дорожку к нашему дому она теперь надолго забудет.
- Так и следует, - согласился Санька. - Я уж тут воевал, воевал с нею…
- Знаю, - улыбнулась мать. - Жаловалась на тебя соседка. Непочтителен ты к ней. За меня, значит, тревожился? Ну, спасибо тебе. - И она пытливо поглядела на сына: - А ты из дому на сторону не качнешься больше? Нам теперь без отца вот как друг за дружку держаться нужно!
- Теперь не качнусь. - Санька сконфуженно отвел глаза. - Это я тогда сплоховал малость…
Катерина поманила сына к себе и тихо спросила:
- А теперь, Саня, у тебя дорожка какая? Пора и к комсомолу льнуть.
Санька тихонько вздохнул. Что он может сказать? Он уже давно написал заявление о приеме в комсомол. Ему казалось, что все произойдет очень просто. На собрании Санька расскажет, как он работает, сколько у него трудодней на книжке, и все сразу поднимут за него руки.
Но Лена даже не приняла от него заявления. «Пока в школу не вернешься, и разбирать твое дело не будем». - сказала она. Так Санька и носит заявление в кармане гимнастерки.
В окно просунулась голова Петьки Девяткина.