Утром Санька направился на участок. Теперь он приходил сюда почти каждый день, помогал ребятам полоть, окучивать, поливать. Но этого ему было мало, и Санька придумывал все новые дела. Взялся починить огородный инвентарь, наточил лопаты, сколотил и навесил новую калитку у изгороди.
- Захар Митрич, что еще надо? - спрашивал он деда. - Вы говорите…
- Да будто все уделал, - разводил Захар руками.
- Вам суслики не мешают? Я ловушки могу приготовить.
- Обеспечены с запасом. Алеша еще до тебя постарался, - отвечал старик и, замечая, как мальчик частенько поглядывает на «коншаковку», улыбался: «Эк его пшеничка-то приворожила! Шелковый стал».
В жаркий полдень, когда работа на участке прекращалась, Санька с Федей забирались куда-нибудь в тень и открывали книжки.
Правда, занятия шли не очень напряженно. Падала с дерева на книгу рогатая зеленая гусеница, пробегал по руке рыжий суетливый муравей, ударял в нос густой и терпкий запах травы, нагретой солнцем.
- Федя, эта трава как называется? - спрашивал Санька, отрываясь от книги: все травы казались ему похожими друг на друга.
Федя всегда находил что ответить. Как хороший грамотей в книге, он разбирался в деревьях, птицах, жуках.