- Нет, - покачал головой Санька, - ее Федя спас. Пусть он подносит.
- И совсем не я, а дедушка, - смущенно отказался Федя.
- Что еще за счеты! - остановил их Захар. - «Коншаковка» сама за себя голос подаст. А если цифирь какая нужна, у Маши все записано.
Маша протиснулась вперед, раскрыла свой дневничок и скороговоркой принялась высчитывать, сколько зернышек было посеяно на клетке N 5, сколько взошло, сколько стебельков погибло от стихийных бедствий - в эту графу у нее попали и град, и жук-кузька, и Долинка, по недосмотру забежавшая на участок, и Санька с Петькой - и, наконец, сколько колосков сохранилось и принесло урожай.
Кругом засмеялись:
- Это счетовод! Свела баланец! Нам бы такого в правление.
К мешку один за другим подходили бригадиры, звеньевые, колхозницы, бережно брали на ладонь по щепотке зерна - такого тяжелого, так напоенного солнцем, словно земля отдала ему все тепло и свет, поглощенные ею.
- Золотая пшеничка! - почтительно говорили люди.
- Богатый хлеб!
- Сила!