- Веселый разговор, - негромко произнес паренек в ушанке. - У вас что же, так заведено?
Санька, словно от толчка, обернулся назад. Паренек сидел на бурой проталине и переобувался.
Был он невелик ростом, худощав, смугл, глаза его чуть косили, и в них бегали озорные искорки.
- Как - заведено? - настороженно переспросил Санька.
Паренек ответил не сразу. Он выжал воду из мокрой портянки, ловко, без единой складочки запеленал в нее ногу и сунул ее в широкий зев кирзового сапога.
- А так… Девочка чуть не утонула, а они… на бережку стоят, наблюдают.
- Кто… на бережку?
- Виноват, на мостике.
- Говори, да не заговаривайся! - Санька не заметил, как сделал шаг к незнакомцу, и неожиданно, без всякой связи, но довольно сурово, как ему показалось, спросил: - Ты чей? Куда идешь?
Паренек в ушанке вскочил на ноги, притопнул сапогами: