У Ериомы радостью заблистали глаза. Он, с улыбкою уложив свою добычу под образами, сказал:
- Вижу, что пан Яиько не лишился еще благодати!
Пожди немного, сейчас явится и дьячок Ероха.
Он и в самом деле скоро воротился с гостем.
- Вот тебе, пан дьяк, - говорил он, указывая на рублевики, - за будущие труды, и сей молодец сказывает, что это только задаток!
- Уверяю моею честью и совестью, - говорил я набожно, - что под подушкою у пана Яцька отложено уже для твоего превелебия пять рублевиков, а для твоей чести - три.
- О, когда так! - вскричал пан дьяк с восторгом, пряча в карман деньги, - то я готов хотя за тридевять земель.
Думаю также, - продолжал он, разглаживая усы, - что домой с пустыми желудками не отпустят.
- Статочное ли дело! - вскричал я. - Вам столько предложено будет всякого съестного и питейного, что дай только всевышний силу со всем управиться!
Скоро уселись мы в кибитку, я взял вожжи, приударил коней, и они поскакали из села в поле. Огец Ериома, видя, что я, вместо того чтобы ехать по дороге в хутор, переехал ее и пустился напрямик к синевшемуся лесу, спросил торопливо: