Прилуцкий. Тот же голос, осанка, вид и взор! не знаю, что и думать. Боюсь быть очарован; — чего доброго? — Точно ли ты сын мой Алексей, драгунский капитан?
Алексей. Что может быть точнее?
Златницкий. Надобно от стыда умереть! Возможно ли?
И моя племянница не усомнилась…
Наталия. И покойный батюшка мой был не более как бунчуковой товарищ, следственно менее капитанского чина.
Златницкий. Но он был потомок великих гетманов…
Наталия. Мне уже минуло девятнадцать лет!
Златницкий. Лучше, оставаясь в девках до ста лет, умереть правнукою гетманов, чем жить…
Прилуцкий. Полно, сосед! Перестань дурить. Подумаем-ка лучше, что дальше будем делать.
Златницкий (со вздохом). Ума не приложу!