Прилуцкий. Так ты ничего не знаешь, сосед! Божусь тебе майорскою честшо, что все заморские люди так же любят курить табак, как мы с гобою пить хорошие наливки. Вспомни, что я сам бывал под туркой, а турки, хотя и негодные бусурманы, а все же люди заморские. Бывало, после сражения, когда начнем...
Златницкий (ударя себя в лоб). Постой, постой! (Ходит по комнате в мыслях.) Как ты думаешь? не дадим ли чрез это знать послу и принцу, что и мы разумеем обычаи, когда и я раскурю трубку?
Прилуцкий. Прекрасно! прещегольская выдумка! проворнее! (Златницкий бежит к дверям.) Видно, сосед, и ты иногда бываешь не так-то глуп!
Златницкий (в дверях). Малой! Как можно скорее трубку, табак, свечу! Спасибо, сосед, что ты меня надоумил. Видно, и походы бывают иногда к чему-нибудь пригодны!
(Слуга вносит требуемое, кладет на стол и уходит.
Господа раскуривают трубки, садятся у стола и курят - глядя один на другого, в молчании. Алексей и Наталья входят.)
Наталья. Дядюшка! что это значит? здравствуйте, пан Прилуцкий! как? и вы тоже? ах, как это можно? Вы ожидаете знатных гостей и самого принца, а хотите задушить их табачным дымом.
Златницкий. Это на заморский вкус, и все заморские люди столько ж любят курить табак, сколько мы любим пить хорошие наливки. Спроси у пана Прилуцкого; он это достоверно знает.
Алексей. Ба, дело о наливках. (Оставя руку Натальи, с важным видом подходит к столу, рассматривает сулеи и, сплеснув руками, взводит глаза вверх.) Правосудное небо!
Возможно ли? На столе только две сулеи, и то с пуншем! нет ни одной с наливкою! вы вечно осрамите себя, уж не говорю пред принцем...