— Припомнил!
— Наконец–то…
Еще бы не припомнить, когда это знакомство ему стоило несколько тысяч в вечер — из–за этого он и продал свою шкуру на конспиративную работу в опасной игре по контрразведке.
— Значит, и она наша!.. — не без тайного удовольствия подумал Хлопс, — широко же мы раскинули сети.
Но мечтать было некогда — он прошел в указанную ему комнату и здесь на минуту остановился… и замер.
В глубине комнаты сидел спиной к нему человек в кресле и проговорил ровным голосом:
— Сядьте и пишите телеграмму.
Хлопс сел за ближайший стол, на котором нашел готовую бумагу с маленьким якорным вензелем и перо с чернилами.
Человек в кресле диктовал:
— Салоники, Мариовиту.