Вскоре прогулка кончилась и всю эту массу стали загонять в бараки.
Барак представлял из себя одну длинную комнату шагов 8–10 в ширину и 45–50 в длину, разделенную проволокой на 3 равные части. Никакой мебели или приспособлений для сидения не было.
Арестованных направляли в среднюю часть барака, а в других частях, отделенных от арестованных колючей проволокой и примыкающих к выходным дверям, был поставлен караул вооруженных гурок — от 30 — до 40 человек.
После того, как все арестованные располагались на полу, входил адъютант командующего британскими войсками и начиналась перекличка и проверка «живого инвентаря».
В этом же бараке, за отдельной перегородкой из колючей проволоки, сидел душевнобольной, проявляющий часто буйство.
Сидящие тут же остальные пленные в страхе жались друг к другу в дальнем углу тюрьмы–барака.
Дроздов заявил протест адъютанту:
— Этак мы все здесь с ума сойдем!
Адъютант не обратил никакого внимания на протест и приказал ближайшему гурку разносить кашу из бобов.
Военный врач–англичанин пришел в барак, подошел к колючей проволоке, за которой сидел больной, дал приказ связать его и свалить на пол.