Тогда Жаман ответил:
— Умен я или глуп, прав ли, виноват, но когда я пришел к тебе, я был твоим гостем. Ты послал меня на кухню и велел накормить похлебкой с хлебом. Ты не назвал ту пищу, которую едят ханы, а назвал ту, которая считается лучшей у народа. В этом проявилась твоя простота, и я догадался, что ты хан не по рождению.
И вся свита хана и все визири хана не переставали удивляться проницательности Жамана.
А хан попрежнему управлял своими подданными. За ум и находчивость хан полюбил Жамана, назначив его своим главным визирем. А остальные сорок ханских визирей впали в немилость.
Однажды, выйдя из дворца, Жаман увидел неподалеку большую белую юрту. Возле юрты толпился народ, ожидая очереди, чтобы войти внутрь. Жаман вернулся во дворец и спросил хана, что это за сборище.
Хан сказал:
— Тут живет один человек: по положению простолюдин, по богатству хан, по имени Вали. У него есть дочь, зовут ее Менды. С пятнадцати лет выбирает она себе жениха и не может выбрать, потому что хочет, чтобы жених превосходил ее умом. Сейчас ей уже тридцать пять, и до сих пор жених не нашелся. Люди, которых ты видал возле юрты, — баи и мурзы, которые хотят победить ее сердце.
Выслушал все это Жаман и подумал: «А ну, пойду-ка я попытаю счастья!»
И вечером, когда народ разошелся по домам, Жаман подошел к белой юрте. К нему вышла стройная молодая девушка. Увидав невзрачного Жамана, она грубо спросила:
— Тебе чего нужно?