— Ти-и-ше! Помолчите, братцы, прислушайтесь! — закричали в передних рядах, обращаясь к толпе, где взволнованные страсти вызывали горячий говор. У всех были раскрасневшиеся и потные от духоты лица, все говорили, и трудно сказать, слушал ли кто-нибудь, что говорил ему другой. — Тише… ти-и-ше! — понеслось и в толпе. — Молчите ужо! Слушайте! Э-э-эх, воронье! Да помолчите, не каркайте! Чтоб вас! — раздались уже более энергические восклицания, сопровождаемые бранью.
— Отстоять озеро, общественники, дело не трудное, — начал Петр Никитич. — Обсудите только все основательнее. Нам нужно теперь сделать так, чтоб озеро попрежнему осталось за вами.
— Любо бы это, дай бы господь! — послышались в ответ ему восклицания.
— И мы отстоим его.
— Похвались-ко, как ты отстоишь-то его? — спросил Бахлыков.
— Дело не мудрое! Палата не знает, что в волости есть озеро, а то бы давно отобрала его у нас и зачислили в оброчную статью. Поняли?
— Зевка бы не дала, как не понять, поняли!
— Вы составите общественный приговор, что озеро лежит среди болот и лесов, вдали от жилых мест, что оно совершенно безрыбное, так сказать бросовое, поняли?
— Это как же так! Мы всей волостью от озера кормимся, а ты из него единым словом всю рыбу выловил?
— Слушайте далее, не прерывайте!