– Погоди, постой… – лепетала она. – Утиши сперва душу мою, скажи: долго ты горевал тогда обо мне, долго думал, долго в сердце носил? Скажи, скорей скажи…
И она, стоя на коленях, подняла к нему свое исковерканное страстью, всё в слезах лицо.
– Говори скорее!.. Не томи…
– Вот тебе крест святой, – истово перекрестился он. – Я не знал ни одной женщины после тебя…
Её ослепило. Она думала, что умрёт от нестерпимого счастья. И снова исступлённо она целовала его руки, ноги, одежду.
– Два раза я был потом под Арзамасом, всё искал тебя… – продолжал он. – Но никаких и следов не нашёл. Я хотел выкрасть тебя и умчать туда, где никто никогда не нашёл бы тебя, не отнял бы тебя у меня. Но никто не знал, куда ты делась…
– Милый, милый… – изнемогала она. – Но теперь уж никто не оторвет меня от тебя… Я собакой побегу за конём твоим… Я…
У него кружилась голова.
– Зачем? Что ты говоришь?… – говорил он, целуя её голову, лицо, плечи. – Теперь ты будешь моей женой перед Богом и перед людьми…
Она тихонько застонала.